Былая роскошь: отреставрированы предметы из Бриллиантовой кладовой Эрмитажа
Кубок из Бриллиантовой кладовой Эрмитажа после реставрации. Фото: Государственный Эрмитаж
Кубок и солонка, изготовленные из золота и украшенные драгоценными камнями в конце XVIII века, напрямую связаны с историей российской императорской семьи. Процесс их нынешней реставрации оказался непростым
Первый отреставрированный предмет — усыпанный драгоценными камнями золотой кубок с чуть вогнутым туловом, который Екатерина II подарила внуку, будущему императору Александру I, по случаю его свадьбы в 1793 году. Заказ выполнил неизвестный русский мастер, знакомый, судя по всему, с творениями ювелира Иеремии Позье. Главным украшением кубка стал бриллиантовый убор на лицевой стороне — вензель «ЕА» под короной, обрамленный двумя ветвями в серебряных оправах и листьями с зеленой эмалью. На съемной крышке кубка с чеканным орнаментом красуется подушка, покрытая красной эмалью, а на ней — миниатюра той самой Большой императорской короны, которую Позье изготовил для Екатерины II вскоре после дворцового переворота. Поначалу золотой кубок Александра I хранился в Бриллиантовой комнате, а с середины XIX века переехал в Галерею драгоценностей, откуда его часто брали на свадебные церемонии других членов императорской фамилии.
Отреставрировали и золотую солонку, которую в 1797 году получил в подарок от московского купечества Павел I. Изящный столовый предмет создал датский мастер Йохан Краг. Пьедестал солонки украшает тонкий орнамент, ножку — эмалевый узор благородного изумрудного цвета, а тулово — бриллиантовые вензеля с полихромными накладками в виде двуглавых орлов. На съемной крышке — золотая подушка с царскими регалиями. Как уточнили в пресс-службе Эрмитажа, подобные солонки не использовались утилитарно, их подносили важным гостям как подарок, когда встречали хлебом-солью.
Перед началом работы реставраторы комплексно проанализировали состояние золотого кубка и солонки из Бриллиантовой кладовой, в том числе проведя рентгенофлуоресцентный анализ, чтобы определить элементный состав металла. Реставрация предметов шла параллельно и заняла суммарно четыре-пять месяцев. За это время удалили следы прошлых реставраций и загрязнения, провели лазерную сварку разрывов металла и трещин, исправили деформации металла и проверили, надежно ли закреплены бриллианты с алмазами.
Солонка из Бриллиантовой кладовой Эрмитажа после реставрации. Фото: Государственный Эрмитаж
Одним из самых трудоемких процессов в ходе нынешней реставрации стало восстановление утраченной эмали на золотых изделиях. Для этого выбрали керамически-армированные композиты — холодные эмали, которые наносятся при реставрации и затвердевают под воздействием ультрафиолета.
«Самое сложное было в сочетании двух разных эмалей — горячей (оригинальной) и холодной, — пояснил нашему изданию заведующий лабораторией научной реставрации драгоценных и археологических металлов в Государственном Эрмитаже Игорь Малкиель. — Необходимо тщательно подготовить саму поверхность и аккуратно все сделать, иначе эмаль может отслаиваться, плохо держаться. Главное — подобрать нужный цвет, что тоже очень непросто. Требуется, чтобы он получился один в один, а все добавки были обратимы и видны только при ультрафиолетовом освещении».
Также в ходе реставрации золотого кубка выяснилось, что листья с зеленой эмалью на лицевой стороне держит органический клей на основе природного шеллака — натуральной смолы животного происхождения, которую ювелиры использовали еще в эпоху скифов. «Я работаю реставратором в Эрмитаже 25 лет, но такое вижу впервые, — признается Игорь Малкиель. — Обычно подобные вещи паяются либо фиксируются с помощью штифтов или усиков, которые крепятся к металлу. А здесь мастер просто вклеил готовые элементы с уже нанесенной горячей эмалью». Такое решение могло быть связано с нежеланием нагревать мелкие детали, чтобы избежать их деформации и разрушения эмали, допускает эксперт.
После окончания реставрации, прошедшей при поддержке ювелирного дома POSIÉ, золотой кубок и солонка вернулись на свои места в экспозиции Бриллиантовой кладовой. Это не первый подобный опыт сотрудничества ювелирного дома с музеем. Ранее они объединяли усилия для реставрации мушечниц и табакерок Иеремии Позье из собрания Эрмитажа.
